Моё-Море.ру

Легенды Кавказа. Даховская. Отдых в горах Адыгеи

Уважаемый гость!

Даховская

На этой странице станицы Даховской хотелось бы поведать Вам о легендах Кавказских гор, которых существует великое множество! Каждая легенда заключает в себе капельку народной души и частицу истории. Легенды помогают людям проникнуться духом того места, о котором идет речь, иногда это чистой воды сказка, иногда описание некоего исторического события с большей или меньшей степенью фантазии, но всегда несут в себе скрытый смысл - "сказка ложь, да в ней намек - добру молодцу урок". Легенды Адыгеи. Трезубец. В древние времена, когда горы Адыгеи омывал океан Тетис, вышел на берег царь морской и был поражен красотой, величием и богатством этого края. В восторге он воскликнул, что нет в его царстве мест красивее, чем эти. И в знак утверждения сказанного воткнул в берег свой трезубец. С тех пор много воды утекло, отступил океан, а гора Трезубец стоит как символ прекрасного, как знак подтверждения уникального творения природы.

Вы можете перейти на другие населенные пункты гор Кавказа:

Каменномостский
Гузерипль
Лаго-Наки
Даховская
Хамышки
Победа
Майкоп
Адыгея
Справочник
Активный отдых

Переход на другие страницы Даховской

Базы отдыха и комплексы Все объекты размещения
Гостиницы и отели Гостевые дома
Даховская Фотогалерея


Легенды Адыгеи


Даховская

Одна из легенд о происхождении Кавказских гор, о царе Эльбрусе, князе Бештау и любимой их красавице Машуке. В давние времена, когда на месте горных цепей Кавказа простирались плодородные равнины, здесь жили легендарные нарты-богатыри. Предводителем у них был могучий князь Эльбрус. Имел он сына, бесстрашного джигита и воина Бештау. Беспечно протекала жизнь Бештау в набегах на чужие племена и среди веселых пирушек с друзьями. Понимал он язык зверей, и всегда в походах по долинам и лесам его сопровождали ловкая, бесшумная Змея, выносливый Верблюд, силач Бык, свирепый Лев. Но однажды увидал Бештау красавицу Машуку в соседнем селении, и вспыхнула между ними пламенная любовь. Пришел он к отцу, попросил разрешение на свадьбу. Три дня и три ночи гуляли на ней нарты. Но все мрачнее и мрачнее становился Эльбрус, в сердце которого закралась запоздалая, всеиспепеляющая любовь к юной Машуке. И задумал он черное дело, позвал сына и велел ему отправляться в дальний набег на свирепое племя эмегенов, пожирателей людей. Не посмел ослушаться отца Бештау, собрал своих молодых джигитов и ушел в дальние земли. Долго он не возвращался, а Эльбрус распространил слух о гибели Бештау и силой заставил Машуку стать его женой. Надел он ей массивное золотое кольцо на палец, заточил в сакле. Но не погиб Бештау, а с богатой добычей поздним вечером вернулся с товарищами в родное селение. Первыми встретили его Змея, Лев, Верблюд и Бык, рассказали ему о коварстве отца. Подкрался Бештау к сакле, где находилась Машука, увидел ее плачущей и тоскующей. И решили они бежать в дальние края. Глухой ночью в сопровождении верных друзей отправились они на север, где простирались глухие леса. По дороге сбросила Машука ненавистное обручальное кольцо Эльбруса. Наутро обнаружил Эльбрус отсутствие Машуки, собрал своих воинов и кинулся в погоню за беглецами. И вот именно здесь, где сейчас высятся горы-вулканы, разгорелась битва между отцами и детьми. Храбро бились молодые джигиты, помогали им Лев, Змея, Верблюд и Бык. Но сила была на стороне зрелых воинов. Погибли друзья Бештау, и сошлись один на один отец с сыном. Поднял Бештау меч и разрубил Эльбрусу голову на две части. Но собрал все силы богатырь, сбил железный шлем с головы Бештау и рассек сына на пять частей. Упал замертво джигит, склонилась над ним плачущая Машука, выхватила из-за пояса любимого кинжал и вонзила себе в сердце, а потом отбросила его в сторону. Дрогнула земля от такого чудовищного поединка, окаменели от ужаса старые нарты, превратились в снежные горы Кавказа во главе с двухвершинным Эльбрусом. А здесь, на севере, появились горы-вулканы, где еще продолжает биться молодая, горячая кровь молодых джигитов. Вокруг Бештау находятся его верные спутники Лев, Верблюд, Бык, Змеевая, особняком стоит гора Кинжал, по дороге к горам высится гора Кольцо. Припала к ногам любимого Машука, темнеет провалом смертельная рана в ее груди, откуда выбивается целебными ключами ее кровь. Годы прошли за годами века за веками. Тела исполинов окаменели. И лежит одинокая Машку, и лежат пять частей сокрушенного князя Бештау. И не вдалеке могучий Эльбрус стоит с рассеченной главой, покрытой шапкой снежной вековой.


Даховская

Фишт и Оштен. В далекие-далекие времена на одной из равнин в дружбе и согласии жили Фишт и Оштен. Оштен был добрым князем. Люди любили его за его доброту и справедливость. Однажды за помощь беднякам злые уорки решили разорить его. Но долгое время у них ничего не получалось, но все-таки они добились своего. И этого им оказалось мало, они убили его жену. Оштену пришлось бежать с маленькой дочерью в горы. Вместе с ним туда ушел его верный друг Фишт со своим сыном. Прошло некоторое время, дети выросли. Дочь Оштена по имени Гузерипль из маленькой девочки превратилась в юную красавицу, а сын Фишта Нагайчук вырос храбрым джигитом. Молодые люди полюбили друг друга, а их отцы были только рады этому. Уже назначен был день свадьбы, но один злой князь решил взять в жены Гузерипль. Не получив согласия Оштена, злой князь пошел на них войной. Силы были далеко не равны. Уже убиты Фишт и Нагайчук, смертельно ранен Оштен. Гузерипль поспешила к нему на помощь, но погоня настигла и ее. Тогда она взмолилась Богу: "Лучше превратиться в гору чем попасть в руки злого князя!" И чудо свершилось - все четверо превратились в горы. Пораженный увиденным, князь погнал лошадей прочь, а вслед ему понеслись громовые раскаты Фишта и Оштена. И стоят теперь, как верные стражи плоскогорья Фишт и Оштен, а рядом с ними Нагайчук и Гузерипль.


Даховская

Пещера Азишская...Когда-то очень давно в этих местах было небольшое, но необычное царство. Оно славилось во всем мире тем, что правитель обладал силой волшебной. Он мог летать по воздуху на чудо-ковре, он мог, неведомо как, на бесплодных камнях выращивать цветы, обладающие целебной силой. Говорили, он мог проникать сквозь толщу земную и доставать драгоценные камни невиданной красоты, а также он владел черным жемчугом, имеющим магическую силу. Равных ему не было в этих краях. И часто паломники приходили именно сюда и находили все, что искали. Не всем нравилось могущество правителя, и поэтому у него было много врагов, которые кипели от ненависти, и зависть глодала их сердце. Сколько ни пытались они узнать тайны правителя, но все оказывалось тщетно. Однажды пришел караван в эти места, все люди были переодетые воины. Когда правитель взглянул на пришедших, он все понял, его сердце вздрогнуло, он лишь поднял глаза к небу и смиренно произнес: "На все воля Божья". И тогда он обратился к воинам, но увидел, что ими овладел странный мор, они не понимали, что происходит и где они находятся. Правитель поднялся высоко в небо, оглядел город, у стен собрались люди и все кричали одно и то же: "В огонь, в огонь!" - Люди предали меня, но я их прощаю и по-прежнему люблю. Я могу призвать молнии и гром и превратить в камни всех восставших, так велика моя сила, но я не сделаю этого, потому что в моем сердце нет зла, люди не ведают что творят. "Да будет воля Твоя!" - крикнул правитель так, что дрожала земля и застонали горы, и заплакали цветы на камнях, и слезы посыпались с листьев, орошая головы людей благодатной росой, и небо зарыдало среди чистого безоблачного неба. Шел дождь, и радуга возникала то там, то тут. Люди замолчали, то ли от страха, то ли от удивления, но в их сердце уже рождалось новое осознание происходящего. В небе они видели своего правителя, и он, словно стрела, полетел вниз, и, говорят, земля расступилась, а после сомкнулась. Прекрасное царство погрузилось в небытие. Но слухи ходили, что под землей живет правитель и что его дворец освещает неведомый свет, а камни дарят ему тепло солнца, хотя никогда не видели его, а воздух вокруг такой чистый, что дыхание его несет исцеление, потому что он сам благоухает как цветок. Когда-то вновь появилось царство в этих горах, и дочь другого царя пришла сюда в поисках пропавших родителей, а оказавшись в подземном дворце, увидела правителя, и, назвав его Великим Зодчим, полюбила его всем сердцем. Но враги выследили девушку, придя за ней в подземный дворец в поисках сокровищ и драгоценных камней, и Великий Зодчий покинул это место. Подземный дворец был разрушен, только комната, где осталась Азиш, так звали девушку, осталась, и она долгие годы провела здесь в молитве, чувствуя свою вину и взывая к Великому Зодчему, и моля его о прощении, любя всем сердцем. И однажды он явился и поднял девушку высоко в небо. Она видела землю с высоты птичьего полета и была безмерно счастлива. И вновь появилась роса на деревьях, травах, цветах, но в этот раз она скатывалась не от рыданий, а от тихого смеха, ибо и травы и цветы радовались возвращению Великого Зодчего, и даже камни расцвели цветами, помня его прикосновения. А пещера осталась и стала притягивать людей все больше и больше. Кто-то шел в горы в поисках исцеления тела, а кто-то - души, и каждый находил свое. Пещеру стали звать Азишской, то ли по имени девушки, то ли от названия горного царства Азиш-Тау.


Даховская

 Лаго-НакиПо небу плыли белые облака, рисующие на беспредельной синеве причудливые очертания гор, дворцы и храмы неведомого небесного города. Молодой пастух лежал на душистой траве и пытался прочесть письмена неба. И вдруг он увидел лик прекрасный, словно ароматом горных незабудок дохнуло ему в лицо, и яркая вспышка света, как предчувствие, пронзила до самых глубин души. Он поднялся и тихо запел свою любимую песню. Так неспешно он приблизился к селению и решил спуститься к ручью, чтобы напоить животных. Место было пустынным, и когда он подошел, вдруг увидел девушку: она оглянулась и вскрикнула. Она стояла в воде по колено, длинное платье упало вниз и прикрыло обнаженные ноги. Девушка вышла из воды и поспешила накинуть плат на голову, скрывая волосы, плечи и очертание юной груди. Но не это все видел пастух, он видел глаза, огромные и бездонные, как небо, из них струился свет, "как свет небес" - подумал он и подошел поближе, потому что она тоже пристально смотрела на него, словно не имея сил оторвать от него взор. Так они стояли, постигая вечность и касаясь сердца посредством души. - Наки, - раздался откуда-то издалека крик, - где ты, иди домой, отец ищет тебя... Девушка вздрогнула и побледнела, опустила глаза и побежала по тропинке. А он так и стоял и не понимал: был ли это сон, или лик, что видел он в небе, спустился на землю. На следующий день, как только рассвело, пастух погнал свое стадо туда, где вчера встретил ее. Время, казалось, тянулось бесконечно, но вот мелькнул чей-то силуэт на тропе. Она не сказала ни слова, просто подошла и посмотрела в глаза, и снова они не могли насмотреться друг на друга, и время словно остановилось. Он и она - вечная песня любви. И он говорил: - Наки, ты словно небесная Нимфа, я видел твой облик на небе. - На небе - это знамение свыше, но мне хочется жить. - Ты не думай о смерти... - Кто ты? - спросила девушка. - Я пастух. - Как жаль, что я княжна, мой отец не позволит даже говорить с тобой. - Но ты уже говоришь. - Да. - Я не думал, что от слов твоих можно испытывать такое блаженство. И уже говорили без умолку, глядя друг на друга с нескрываемым восторгом, забывая о том, что так далеко стоят друг от друга. Огонь любви разгорался все сильнее и сильнее. - Где ты была? - спрашивал отец. - Я ходила к ручью, отец, там прохладно и тихо. - Почему так пылает лицо и сияют глаза твои, Наки? Отвечай! - Я бежала отец, оттого и алеет лицо И теперь каждый день Лаго и Наки видели друг друга, и обжигали нежные прикосновения губ, и сладость первого поцелуя волновала и томила сердце предчувствием еще более сильного чувства. Все вокруг перестало существовать, только сказка вечной любви царила в их жизни. Но однажды Наки не пришла, не пришла и на следующий день, не пришла и на третий. Казалось, что солнечный день превратился в ночь, казалось, что жизнь мгновенно оборвалась, слезы сердца вырывались и слышались стоны. "Где же ты, голубка моя, что же случилось с тобой? Неужели отец запер в доме? Приди же, принеси свет солнца живого, омой сердце мое потоками чистого огня, я не могу более жить без тебя". А ветер, подхватив слова эти, нес их к распахнутому окну, и Наки слышала их. "О Лаго, жизнь моя, моя радость, свет моих глаз, я здесь, но мысли мои с тобой, не терзай мое сердце, не тоскуй так по мне, я приду, я скоро приду". И правда, отец отпустил девушку. И она, как птица, летела, и несмотря на вечерние сумерки, он ждал ее, и словно вспыхнуло солнце над горизонтом, нежные объятия и тихий шепот, а после горячие и горькие слезы: - Отец нашел мне знатного жениха и пообещал ему отдать меня в жены. Я умру, мой Лаго, потому что не мыслю своей жизни с кем-то другим. - Не надо, не плачь. Скажи, ты готова быть рядом и в жизни и в смерти со мной, и в радости, и в печали... - О, да, я готова, бежим от этого мира, бежим туда, где царит свет любви. И, взявшись за руки, они побежали в горы. Ночь лунная освещала тропу, по которой поднимались они в горы, и только когда рассвет коснулся робко края небосвода, они присели на душистую траву и, склонив головы друг к другу, уснули, как дети - прекрасные и чистые, словно рассвет, омытый каплями росы. Отец обнаружил пропажу дочери только утром и отправился в погоню на лошадях с отрядом всадников. Горы содрогнулись от стука копыт. Наки вскрикнула и проснулась. - Лаго, отец послал погоню, они несутся на лошадях, бежим же, друг возлюбленный, бежим скорее. И вот глазам открылись снежные вершины, и девушка замерла на миг. - Величие неземного рая, - сказала тихо, - и здесь останется навечно моя любовь. Но сильные руки подхватили ее и понесли: и два сердца, опаленные трепетным огнем любви, бились как одно. И вот он опустил ее на землю. Наки робко шагнула к краю пропасти и вскрикнула: - О, Лаго мой, неужели мы пришли?.. - она оглянулась. - Назад дороги нет, я слышу шум погони и лай собак. А небо, Лаго, посмотри, его коснуться можно, а свет, взгляни - сияние, я вижу сияние небесное, скажи, ты видишь свет? - Да, милая, я вижу свет, то вечность манит нас, но там, внизу, там камни острые, там боль, забвенье, мрак. - Нет, Лаго, нет. Любовь - как крылья, мы вознесемся в небо: помнишь, ты сказал, что видел лик мой в небе, и я ответила, что то знамение... Иди ко мне, мой друг, и обними меня покрепче, чтобы ничто не разлучило нас, и миг полета, словно сладость поцелуев, словно поток любви, поток огня, нас вознесет на небо. И обнявшись стояли так, пока погоня не появилась. Все замерли, сошли с коней, все видели, как, оторвавшись от земли, они парили над пропастью. И вдруг - яркая вспышка ослепительного света, такая яркая, что все закрыли глаза, а когда открыли - только облако золотистого сияния висело над пропастью и звучала удивительная мелодия любви, которую эти люди никогда не слышали. Они подошли к краю пропасти, но никого не увидели там, внизу, и удивленно подняли головы к небу, словно бы они не упали вниз, но взлетели по воле кого-то могущественного. И кому-то казалось, что они видели их и слышали счастливый смех, точно двое влюбленных прыгали по облакам, догоняя друг друга. Но еще долгие века будет звучать в пространстве песнь о любви Лаго и Наки, волнуя сердце прикосновением потоков вечной и прекрасной любви


Даховская

Каменное море. Высоко в горах, вдалеке от людей, жила в избушке женщина, и росла у нее дочь, девочка лет десяти. Чудесный, красивый ребенок с синими, как небо, глазами. Рано утром девочка просыпалась и выходила на солнечный свет, она точно купалась в нем, и видимые огненные брызги летели по сторонам. - Что ты делаешь, Ио? - Я из солнечных лучиков делаю огненные шарики: разве ты не видишь, мама? - Я вижу, но от них может загореться наша избушка. - Нет, мама, смотри! - И потоки огненных шариков сыпались на удивленную женщину. - Ах!.. И правда, они не обжигают! - смеялась женщина. - Но они так приятны, и как будто много сил вливается в тело! Конечно, мама, это энергия света! Она везде! А мысль творит, так же, как и руки человека... Мама, скажи: почему мы живем одни? Где мои отец? Почему нет людей? Я уже: выросла и хочу знать. Мама, ты так молода еще: я вижу тебя гнетет одиночество. - Зато тебе хорошо, Ио. - Да, мне хорошо, мама, хорошо потому, что здесь над нами, в невидимом мире много золотистых цветов, много красивых строений, часто сияет невидимая взору радуга и этот ровный горный простор - совсем не пустынный, как кажется! Маленькие домики полны светозарной материей. Она лекарство для мира. Но их нужно охранять, мама, чтобы никто злой не смог приблизиться. И ПОЭТОМУ я каждый вечер разжигаю невидимый костер и всю ночь лавина огня охраняет эту горную равнину. Я никогда не забываю об этом, мама... Вот, наверное, поэтому мы здесь. - Что ж, я вижу, ты знаешь больше, чем я могла себе представить. Тогда послушай: я расскажу тебе, почему мы здесь. Мне больно говорить об этом, девочка. Законы людей не понятны: они слушают нелепые предсказания и готовы совершить преступление. Твой отец любил меня, но когда стало ясно, что родится ребенок, - он вдруг изменился, он уже ненавидел тебя. И чем ближе подходил срок твоего рождения, тем непонятнее было поведение твоего отца. Однажды он привел в дом злобную, темную старуху. Взглянув на меня, она отскочила в сторону, как от вспышки огня. - Ее дитя - проклятие для нашего города! Утопить ее вместе с ребенком! - И она ушла. Вскоре меня схватили и па рассвете нас должны были бросить в реку. Слезы падали и скатывались по щекам. Я не ожидала такого предательства от мужа, Ио. - Я знаю, мама, знаю, что было потом. Ночью чьи-то огненные руки развязали веревки и ты бежала в горы. - Да, Ио, так и было. Я видела эти руки, как вижу тебя. Веревки просто истлели! - Это были мои руки, мама. - Но ты еще не родилась. - Да, мое тело еще не было в оковах земных и поэтому я могла многое тогда. - Ио!.. - женщина не могла удержать слезы. - Не плачь, мамочка, не плачь' Твоя дочь не проклятие, а благо для мира, великое благо! Когда-то в будущем будет много таких людей, но сейчас их единицы. Мне, мама, не 10 лет, а многие Миллионы. Л может, и больше - я не вижу начала жизни своей, она уходит в такие глубины... Я знаю, мама, так много. Я знаю, что должна в срок очистить пространство от сора земного. А этот сор, мама - мысли людей, их творенья - отвратительные, гадкие чудовища, притягивающие себе подобных. Целые полчищ! уже стоят у невидимых огненных врат, но человек - держатель молнии - победит! -Ты и есть этог человек? - Да, мама, но я не одна. - Ио замолчала, она поняла, что не должна говорить больше. Она теперь знала все и ждала. Годы летели быстро, и уже взрослая девушка-красавица выходила на рассвете па солнечный свет. И огненные шарики теперь были похожи на горы. Казалось, огненные стены росли с каждым днем. А женщина постарела. - Я люблю тебя, мама! - И снова светоносные шарики возвращали женщине силы. - Ио, я как будто вновь родилась - ты волшебница! - Нет, мама, я такой же человек, как все. Ио замирала. Внешне, казалось, она ничего не делала, но внутреннему взору открывалась иная картина - огненное море колыхалось у ног девушки. А внутри и на поверхности его было множество прекрасных мыслеобразов: творений, напоминающих земные цветы, светящиеся облака, дивные радуги, огненные корабли, горы, излучающие свет... Иногда из далеких земных городов прилетали белые птицы. - Мама, где-то в мире есть человек, который мыслит так же чисто, и его мысли подобны моим! Но довольно редки были такие восклицания. И к концу дня уставшая Ио сидела безмолвно и смотрела в небо. Она уже не думала ни о чем. Молчание царило вокруг, и только свет излучало юное тело, освещая обитель земную. Мать не смела подходить к ней и только любовалась светозарным сиянием. Но когда луч любви из сердца матери касался Ио, она внезапно оглядывалась - и лавина света летела к матери, мягко окутывая ее. - Мама, я тоже люблю тебя! - шептала Ио. - Как только тело земное выдерживает все это? - думала женщина. - Какое чудо моя единственная дочь! Каждый день Ио ждала. Она знала, что за ее спиной незримо стоит Тот, Кого она любит безмерно, больше всего на свете. Она знала и какую жертву должна принести: разрядить атмосферу Земли и очистить от сора, чтобы избежать худшего. - Я все исполню! Жизнь в одиночестве сохраняла много сил, и иногда Ио томилась от избытка энергии. Эти мучения терзали, но не могла она дать уйти энергии - и удерживала, и накапливала незримые домики, зная, что потом они будут очень нужны. Была ночь. Ио спала тревожно. Вдруг увидела, как за окном вспыхнуло небо, как задрожала земля. Ио вышла. Небо потемнело, звезды исчезли и непроницаемая тьма наступила. Но вдруг Ио засняла так ярко, что весь простор заполнился светом. Открывались незримые домики - хранилища света, и огненные шарики, и чудо-цветы - все было готово, когда вдруг со всех сторон хлынули гадкие уродливые чудовища, мерзкие, отвратительные порождения человеческих мыслей. Их было намного больше, но свето-зарность огня творений Ио была сильнее. Казалось, бушевал невиданной силы ураган. Люди просыпались в страхе, выходили из домов и видели, как сияли горы, точно там, в горах, светило ослепительное солнце. В небе мелькали тени, преследуемые вспышками .молний, ветер ревел, стонали горы и вздыхала Земля... - Что это? - думали люди. Всю ночь продолжалась битва. Горели порождения тьмы, поглощались чистыми мыслями света. Ио изнемогала от смертельной усталости, ее тело, казалось, было раскалено подобно металлу, но она уже не чувствовала себя, не чувствовала боли. Она знала, что если бы солнце земное не взошло в это утро, она осталась бы жить, но тогда и то, что еще не сгорело, тоже останется, и Ио ждала. Первый луч. Ио увидела, во что превратился горный простор - целое море камней лежало там вместо светлых домиков. Все сгорело, и не было ничего. Еще луч - и Ио почувствовала, как вспыхнуло тело, увидела лицо матери, стоящей в дверях... - Мама, я буду рядом! - успела крикнуть. И все. Все исчезло. Мать подошла, чтобы собрать прах от тела, но ветер подхватил его и тут же развеял. И мать стояла среди моря камней и видела огненные шарики, которые каждое утро творила Ио. А мир очистился и снова беспредельная синева открылась взору, и видно было далекие просторы Вселенной, и безмолвно взирали на окружающий мир камни... И только мать Ио знала, что здесь раньше было, и что когда-то снова придет Ио - и тогда каменное море превратится в сияющий простор, покрытый огненными цветами. - Ио, где ты? - шептала женщина, и сверкали камни на солнце в ответ. Они впитывали солнечный свет, чтобы когда-то снова излучать его.





Все объекты размещения в Даховской.



Яндекс.Метрика

Яндекс.Метрика

Программа для партнеров

Информация для участия в партнерской программе
Владельцам гостиниц
Стать партнером

Поиск по сайту

Бесплатное размещение рекламы

Подбор гостиницы

Теперь и недвижимость

Реклама гостиницы на сайте

Если Вам нужна реклама гостиницы или гостевого дома, то Вы можете выбрать один из видов рекламы: "эконом", "стандарт" или "компаньон" для Вашей гостиницы. Выбирайте:
- эконом
- стандарт
- компаньон